Перейти к: навигация, поиск
Лечение знахаркой девочки, больной припадками. 1914
И. М. Львов. У знахаря.

Традиционная славянская медицина — область традиционного знания и система лечебно-профилактических приёмов, направленных на избавление человека от болезни и восстановление здоровья; древнейший вид профессиональной деятельности, сочетающей рациональный опыт врачевания с магической практикой изгнания, уничтожения или задабривания духа болезни (см. также Знахарство)[1].

Содержание

Владение знаниями

Считалось, что медицинскими знаниями и магическими способностями исцеления недугов владели не только знахари, но и пастухи, овчары, кузнецы и др.; каждая женщина усваивала определённый объём медицинских знаний и умела лечить простуду, детский плач, уроки, принимать роды.

Главная стратегия лечения — изгнание, удаление болезни из тела человека, для чего практиковались разнообразные способы и приёмы.

Выбрасывание болезни

От болезни избавлялись выбрасыванием её на дорогу и «затаптыванием». На дорогу, на перекрёсток, распутье, под порог выбрасывали волосы, ногти больного, предметы, бывшие с ним в соприкосновении (его полотенце, рубашку), предметы, «принявшие» на себя болезнь (яйцо, зерно, плоды, полено); нитку с завязанными на ней узлами по числу бородавок (в.-слав.), палку с насечками по количеству приступов лихорадки; старый лапоть, веник, который рубили у больного на пояснице при болезни «утин» — чтобы идущие по дороге разнесли болезнь, унесли, забрали с собой. Согласно этимологической магии, болезнь «пройдёт», как по дороге проходят люди.

Закапывание болезни

Болезнь можно было «закопать»: больного закапывали по шею в землю, его разорванную рубашку зарывали под водостоком, чтобы она сгнила; закапывали колтун в землю или муравейник, под порог дома, на перекрестке дорог, за границей села, под бузиной и в других местах, где обитают злые духи; нитку с узелками или мерку больного закапывали в землю близ реки, колодца или на месте припадка эпилептика; перебрасывали через дом рубашку, снятую с больного, закапывали её на том месте, где она упала, и притискивали камнем, чтобы болезнь не вернулась, При лечении испуга знахарка в поле мотыгой обозначала контуры фигуры больного, срезала дерн, оборачивала его землёй вверх и помещала на прежнее место со словами: «Когда пласт обернется как был, тогда и испуг вернется в человека!» (болг.).

Передача болезни

Широко применялась передача болезни дереву, человеку, животному, предмету. При лечении некоторых болезней (чахотки, лихорадки, зубной боли) недуг символически «переносили» на дерево. Под ним закапывали колтун, заговаривали болезни; выливали под него воду, в которой купали больного; обвязывали ствол нитками из одежды заболевшего; вешали одежду больного на ветки; относили к дереву дар-«принос», дотрагивались до него руками или ногами, садились на свежесрубленный пень; «венчали» болезнь с деревом, обходя вокруг него со свечой (ю.-слав,); отсылали недуг на дерево (о.-слав.).

Передача болезни другому человеку осуществлялась через предмет: на палку (осиновую) наносили зарубки по числу бородавок, мазали палку кровью и выбрасывали на дорогу, на перекрёсток, веря, что бородавки перейдут к тому, кто поднимет палку. Одним из видов передачи болезни было «забивание » её в дерево (в естественное дупло, дырку от сука), в дверной .косяк, в отверстие в стволе, просверленное на высоте роста больного, — туда помещались «заместители» больного или предметы, бывшие в соприкосновении с ним (волосы, ногти, часть одежды с кровью человека, нитка, которой измеряли больного), после чего отверстия забивались колышком (осиновым, березовым, боярышниковым).

Недуг можно было передать и с помощью звукоподражания: больной залезал на куриный насест и пел петухом, чтобы болезнь перешла на кур (рус); больной, стоя на воротном столбе, громко пел: «Какарекэ, засьпсваю, хто пачуе, то таму» (бел.); больной залезал на крышу и по три раза кукарекал, лаял, мяукал, затем спускался на землю и шёл домой (макед.).

Передавали болезнь также с водой: искупав ребёнка, воду вместе с болезнью вечером выливали на собаку; купали больного ребёнка в одной воде с щенком, полагая, что болезнь перейдет на животное. Недуг «скармливали» животному или домашней птице: хлеб, которым облепливали колтун, больной откусывал и бросал собаке; больного ребёнка на деже посыпали зерном, которое затем склевывали куры (рус.), и т. п.

Передать болезнь можно было и взглядом: для избавления от куриной слепоты советовали долго смотреть на деготь (укр.); от желтухи рассчитывали избавиться, долго глядя на морковь, на золотые предметы, на щуку, до тех пор пока она не пожелтеет, т. е. не примет болезнь на себя.

Болезнь можно было победить, «заперев» дыхание больного: человек дул в дупло, в дыру, проверченную в стволе дерева, «гукал» в устье печи; с помощью замка символически «запирали» кровотечение.

Широко используется в медицинской магической практике пролезание или протаскивание (пронимание) больного сквозь отверстие (как способ его символического перерождения): больной оставлял болезнь по ту сторону отверстия и появлялся с противоположной стороны здоровым. Больные пролезали через дупла или под корнями деревьев, обладающих особыми признаками (вековые, одиноко стоящие в поле, растущие у источника, святые, благословенные), чаще всего выбирались бук, вяз, дуб, береза, кизил; пролезали через отверстие между двумя деревьями, растущими из одного корня, через ствол раздвоившегося дерева, через сук, верхушкой вросший в ствол дерева; через расщепленный ствол молодого деревца, через лук согнутого дерева, через щель в заборе, сквозь колья или прутья забора, под старым памятником на кладбище; через большой венок, сплетённый из трав, через специально испеченный для этой цели огромный калач (использовался в тех случаях, когда больной долго не мог выздороветь); под столом или вокруг ножки стола; под межой, через специально сделанный в земле прокоп под забором; протаскивали больного падучей (или его рубашку) под только что умершим человеком (хорв.).

Отделение болезни от больного достигалось «смыванием» болезни, обметанием больного веником на пороге, окуриванием, перешагиванием через больного, переведением через него животного. Переносили трижды ребёнка через порог дома, каждый раз сплевывая (бел.); перегоняли свиней у порога свинарника через корыто, под которым лежал больной ребёнок (витеб.); в дверном проёме перешагивали через больного, больного падучей заставляли трижды перепрыгнуть через забор в том месте, где сходятся под углом два забора (полес). Широко применялось также закрещивание болезни.

При лечении многих болезней (лихорадка, испуг, падучая и др.) производили манипуляции с одеждой больного: надевали сорочку пазухой назад (укр.), выворачивали одежды); снимали рубашку с испуганного ребёнка и бросали на кол, чтобы она три зари там ночевала (гомел.): разрывали её спереди (з.-укр.), разорвав на теле больного рубашку, бросали её на воду (чеш, морав.), быстро относили на перекрёсток (подляш.), закапывали как можно глубже и притискивали камнем; на похоронах подкладывали в гроб и т. п.

Сорвав рубашку, вешали её на распятие (пол.), на придорожный крест, на фигуру святого, стоящую на распутье (пол.), подобным образом избавлялись от туберкулеза; выбрасывали рубашку в пропасть (горные районы Польши), на вертящееся мельничное колесо, чтобы вода забрала с рубашкой и болезнь (укр., луж.). Разорванную сверху донизу рубашку больного «распинали» на стене, прибив гвоздями (з.-бел.). бросали в огонь (бел.), разрывали на куски (луж.), при эпилепсии, чтобы болезнь не вернулась, одежду больного сжигали, а пепел бросали в воду (чеш.).

Один из распространённых приемов славянской медицины — измерение больного и последующее уничтожение мерки. Мерку разрезали, рассекали на колоде для рубки дров, полагая, что уничтожают болезнь, а остаток завязывали в узел, чтобы завязать и остановить болезнь; целиком забивали в дырку, дупло; относили к воде или клали под камень; клали под порог дома, чтобы входящие в дом и выходящие из дома топтали её.

Для изгнания болезни прибегали к устрашению духов болезни: накрывали больного медвежьей шкурой, пришивали ему на шею в ладанке змеиную голову, змеиный выползок, отрубленный хвост живой собаки, сушеную летучую мышь, кость жабы, зашивали в одежду кусок шкуры волка, неожиданно стреляли над постелью больного; разбивали над больным горшок, внезапно обливали холодной водой. Ребёнка клали под порогом, накрывали дежой и разбивали об неё глиняный горшок; ударяли по корыту, под которым лежал больной падучей, узлом с землёй, взятой с трёх межей. Устрашали не только действием, но и предметом: чаще других в роли устрашающих предметов «предъявлялись» нож, серп, топор, раскалённое железо (лемех), веник, розги, палка и т . д . Применялось и физическое воздействие на болезнь: эпилептиков стегали веником, осиновыми прутьями, ветками можжевельника, травой чертополоха; выгоняли из дому лихорадку, хлеща прутьями по стенам.

Вербальные средства

Само славянское слово «врач» происходит от «врать» — то есть, заговаривать болезнь[2]. Народная медицина широко пользовалась вербальными средствами лечения: лекарь устрашал недуг формулами угрозы с мотивами сечения, резания, битья, сжигания и т. п. Ср. сербский приговор: «Серпом тебя рассеку, огнём тебя выжгу, по воде тебя пущу, по быстрой воде, по зелёной траве». В этих же целях применялись бранные обращения: болезнь называли злой, плохой, чёрной, лихой, врагом, предателем, уродом и т. п. Вербальные формулы могли содержать не только угрозу, но и предложение заключить «соглашение о ненападении», вступить в отношения обмена с духом болезни. Ср. заговор: «Криксы, криксы, дарую я вас хлебом-солью… даруйця мойго дзицяци добрым здоровьем и сном». Нередко вербальная формула использовалась самостоятельно, как словесный эквивалент лечебного действия. Ср. рус. смолен. «Хади, уси хваробы, с пальчикаў, сустаўчыкаў, и с кастей, и с мащей, и с буйнэй галавы, и с хрябетнай касти, и ат рятивога серца!»; серб. «Иди, болезнь, в лес, в воду, в высокие высоты, в глубокие глубины, где петух не поёт, где курица не кудахчет»; пол. «Рожа, рожа, иди прочь, пойди на мёртвоё тело». См. также Заговор, Заклинание.

Действенным средством лечения считался обман болезни. Для этого больные изменяли внешний облик, измазавшись сажей, спрыскивали одежду дегтем, притворялись умершими; уходили из дома, идя задом наперед; прятались под корытом; писали на двери: «Приходи вчера», «Такого-то нет дома, ушёл в лес». Возвращались домой с места, где совершался лечебный акт (двор, перекрёсток, берег реки, кладбище), иным путём, быстро убегая, чтобы болезнь не догнала, не оглядываясь, чтобы взглядом не позвать её с собой.

В случае эпидемий совершались обходы села, молебствия, опахивания села, разнообразные отгонные ритуалы (см. Ритуальное изгнание). Для предупреждения проникновения болезни в село на её пути устраивались преграды: проводилась борозда; на дороге ставилась мельничная задвижка, разводился огромный костёр (преимущественно из хвойного леса, из можжевельника), приносилась общесельская жертва[3].

Лекарственные травы

В народной медицине всех славян широко применяются лекарственные травы , отвары и настои из них, причём травы часто имеют то же название, что и болезнь: рус. колтун «вид папоротника*, лихорадочная, грыжная трава, пол. ziele koltunowe и т. п. При разных недугах носят за пазухой или за поясом зверобой (серб,); лечат детский испуг окуриванием колючими растениями (чертополохом, шиповником и др.) и т. п. Растения прикладывали к ногам, рукам, к голове в качестве компрессов, накладывали свежеистолчённые листья к ранам, ушибам, чирьям, порезам; ставили ветки деревьев около постели больного, полагая, что растение берет на себя температуру больного.

Средства животного происхождения

Кроме растений, использовались приготовленные соответствующим образом средства животного происхождения (порошок из сушеной ящерицы, лягушки, змеи, летучей мыши, из рога оленя, из белемнита и т. п.), порошок запивали водой или растворяли в ней; пили молочный отвар из лягушки; ели мясо черепахи; жиром животных, маслом муравьев растирали больные места, прикладывали к ранам.

Магические предметы

Большое значение в славянской медицине придавалось магическим предметам и субстанциям. К наиболее универсальным аксессуарам лечения относятся вода, земля, камни, железо, шерсть и нитки; травы, ветки, дерево; предметы утвари (веник, гребень, нож, ложка, веретено, игла, сито и др.); пища (особенно хлеб, соль, вино, жир, яйца, мука), а также вторично — ритуальные предметы свадебного, погребального, календарных обрядов: фата и подвенечное платье невесты, свадебный венок, обручальное кольцо; тесемки, которыми связывали ноги покойнику; мерка с могилы; кладбищенская земля; зола бадняка, пасхальная скатерть; сакральные предметы: блюдо, взятое со статуи Иоанна Крестителя; земля, взятая из «кротовины» (возле норы крота), с перекрёстка дорог, из-под левой пятки; земля, взятая во время землетрясения из-под правой ноги; земля с трёх (девяти) межей; освящённые предметы. Лечебными свойствами наделялись также сакральные предметы инородцев (например, ритуальная одежда), «чужие» молитвенные тексты, которые использовались в качестве амулетов; земля с могилы мусульманского «святого» (ю.-слав,).

Для большего эффекта в лечении применялась вода, пролитая сквозь отверстие раздвоенного дерева, через дверной засов, ручку двери, вода, зачерпнутая при слиянии двух потоков (рек, ручьев), на трёх бродах, родниковая, колодезная (первая из нового колодца), освященная, наговоренная, вода, в которую положено яйцо чёрной курицы, вода с иконы, с мельничного колеса, «кузнечная» вода, в которой закаляли железо; вода, пролитая через три иглы от трёх невесток из одной семьи (серб.), и т. п. К земле обращались с просьбами избавить от болезней. Землю (часто взятую с могилы) прикладывали к больному месту, натирали грудь, размешивали в воде и поили больного.

Лечебные свойства (целебные и отгонные) приписывались предметам и веществам чёрного цвета, обладающим неприятным запахом, вкусом, видом (деготь, экскременты, моча); их применяли для отвращения духа болезни.

Почитание святых-целителей

Составной частью славянской медицины является почитание святых-целителей, к которым в молитвах и заговорах обращаются с просьбой об избавлении от болезней. По поверьям, св. Илья исцеляет от кровотечения из ран, лихорадки, ночного детского плача; от головной боли, порчи, лихорадки, кровотечения, золотухи, родимчика у детей молились Иоанну Предтече; от зубной боли — св. Антипию, от лихорадки — св. Марою, св. Фотинии Самарянке; от падучей — св. Валентину, от грыжи — св. Артемию, от бесплодия — Ипатию, от родимца — св. Никите, от рожи — св. Антонию, от глазных болезней — мч. Мине (10.XII). Избавителями от многих болезней считались св. Пантелеймон, свв. Кир и Иоанн (28.VII). Кроме собственно лечебных средств, большое значение в борьбе с болезнями придавалось соблюдению многих бытовых предписаний и запретов на определённые виды работ в праздники вообще, в некоторые праздники и дни особенно. Во время тяжёлых заболеваний или приступов болезни (лихорадки, эпилепсии и др.) повсеместно запрещалось окликать больного по имени, иначе бы от этого болезнь ещё сильней «вцепилась» в человека. В день св. Игнатия, считавшийся у болгар недобрым днем, запрещалось ткать, прясть, стирать, чтобы не заболеть. У южных славян праздновались дни, посвящённые болезням: день Афанасия Ломоноса, св. Харлампия, св. Варвары и св. Саввы. Чтобы не заболели дети, женщины не работали, пекли лепёшки, мазали их мёдом и раздавали всем соседям на здоровье; в особо опасных случаях совершали жертвоприношение. В день Ивана Головосека боялись мыть голову, чтобы не вызвать колтун, перхоть или хроническую головную боль.

Профилактика болезней

Почти все действия и приемы, характерные для лечебной магии, использовались и в профилактических целях. Защитными мерами служат умилостивление болезни (через словесные формулы, употребление эвфемизмов), обрядовая встреча болезни, совершаемая дома, в селе, с хлебом, с медом, с вином, службой и жертвоприношением; принесение дара (пища, корыто, мыло, тёплая вода, шерсть); обращение с просьбой и молитвой; отправление, выпроваживание, устрашение болезни. Одним из архаических профилактических обрядов является опахивание села при заселении на новом месте и при угрозе эпидемии. Для отвращения болезни в землю закапывали в качестве жертвы ворону, петуха (бел.), обходили село и мазали все ворота дёгтем. Обрядово-магические действия профилактического характера приурочивались к канунам больших праздников (Рождество, Крещение, Чистый четверг, Страстная пятница, Пасха, Вознесение и др.). В Васильев день (первый день Нового года) совершался обряд «смывания лихоманок»: знахарки обмывали во всех домах притолоки водой, в которую подмешивали золу из семи печей и четверговую соль, что, как считалось, защищало дом на весь год от вторжения лихорадки (рус). В девятый вторник после Рождества при угрозе эпидемии или для охраны здоровья все жители села пролезали под корнями деревьев (ю.-слав.). В день св. Юрия кусок железа закапывали под порог, чтобы у всех переступивших его были здоровые ноги; с этой же целью в Сочельник, на Новый год, в Страстной четверг утром вставали на железо (лемех, цепь).

В качестве профилактического средства от всех болезней использовали юрьевскую росу: ею умывались, по ней катались, раздевшись донага. Особенно популярным у славян было купание в воде, зимой (на Крещение), весной (на Благовещение, в Чистый четверг, в Страстную пятницу), летом (в Юрьев день, на Ивана Купалу); первой водой из нового колодца мыли детей (архангел.). См. также Здоровье.

Некоторые специальные действия производились для предупреждения определённой болезни, например, для предупреждения испуга мать, раздевшись, перешагивала три раза через люльку спящего ребёнка (серб., болг.), в колыбель втыкали булавку, иголку (полес.); над головами детей разламывали две спекшиеся буханки (бреет,), надевали рубашку задом наперед или вывернув наизнанку (в.-слав.); от бессонницы детям клали под голову нож в черных ножнах (серб.), шкурку зайца (пол.): чтобы не случилось падучей, мать обходила ребёнка с мотовилом в руках (болг.). Во время первого грома прикладывали к голове железо или камень, чтобы не страдать от головной боли целый год (в.-слав.). Женщины, отправляясь на зажинки, проползали под забором, касаясь спиной верхней перекладины, чтобы не болела поясница при жатве (рус.). С этой же целью после уборки урожая кувыркались через голову на новой стерне.

Для предупреждения болезней прибегали к помощи растений-апотропеев (с сильным запахом, острым вкусом, колючие, жгучие): чеснок, лук ели в больших количествах, носили в одежде, вешали у постели детей, над входом в дом; затыкали по границам «своего» пространства, втыкали в ворота, в двери ветки шиповника, тиса, боярышника, можжевельника; у входа в дом прикрепляли венки из 9-и, 12-и трав, освящённых в праздники Божьего Тела, Успения; освящённый базилик держали в комнате на столе. Дымом этих растений окуривали помещение, чтобы не допустить болезнь в дом.

Гадания

К области традиционной славянской медицины относятся также разнообразные гадания об исходе болезни: обливали водой образ св. Пантелеймона: если часть воды оставалась на иконе, считалось, что больной умрет; гадали по зелени и цветам: увядшие цветы и листья сулили смерть: прогнозировали исход болезни по направлению дыма: поднимающийся кверху дым означал выздоровление.

Традиционная славянская медицина испытала на себе влияние книжной традиции: рукописные (а затем и печатные) лечебники, травники, гадательные и др. книги получили широкое распространение в народе и использовались как руководства в лечебной практике.

См. также

Примечания

  1. Усачева, 2004, с. 215
  2. Шанский, Боброва, 2004
  3. Усачева, 2004, с. 217

Литература